пятница, 18 июля 2014 г.

Две ладони скрестились на миг


Две ладони скрестились на миг,
двух ладоней извечный язык,
что не скажешь словами порой:
Дорогая моя... Дорогой...

Гавань-быт. Вечера-якоря.
Но кому говорят втихаря,
прикрывая мобильный рукой:
Дорогая моя... Дорогой...

Меркнет свет и без всяких помех.
Ничего в жизни их больше нет.
Да врывается в мерзлый покой:
Дорогая моя... Дорогой...

вторник, 1 июля 2014 г.

Чумацкий шлях

Фирменный поезд. Ритмично колеса
рельсов равнину чеканят слегка.
Так ли стучали колеса обоза
полулегенды полей – чумака?


Взгляд через годы… В сиреневой лини
ящеркой быстро бежала река.
А по бокам брызги сизой полыни –
горькие слезы жены чумака.


Вол (о, привыкший и к волчьему вою!),
теплым холстом убаюканный хлеб.
Но татарвой и бубонной чумою --
там, впереди, бесконечная степь.


Ночь и состав… Очертания мелких
станций, разъездов, хранилищ воды.
Свет промелькнет серебристою белкой,
крепко сжимая орешек звезды.


Мягкий поток набегающих линий,
провинциальных узлов узорочь.
Так ли в протяжных ветров мешанине
ехал чумак сквозь глубокую ночь?


Просто связной между хлебом и солью,
в язвы путей загоняющий плоть.
(Око за око – когда полосою
мимо мешков осыпалась щепоть).


Имя его и не вспомнится ныне;
соль малоценней теперь, чем песок.
И протянулись по всей Украине
рыбьи скелеты железных дорог.


Но поутру, сквозь дремотную накипь,
колют комфортным составам бока
в желтой траве слишком красные маки,
алые маки – кровь чумака…