а горше всего: и прежде

 

...а горше всего: и прежде

(дорога в краю вверх дном)

ты знал, что намного легче

сей путь проносить вдвоём.

 

Ветра, и на них бураны,

крыш матовых корабли.

А снег... он врачует раны.

Сугробы - рубцы земли.

 

(c) Виктория Тищенко 

На улице всё по старинке...

 

На улице всё по старинке;

фонарь, его бледный бинокль.

Как родинки неба, снежинки

гурьбой облепили окно...

 

...Здесь только и бедность, и беды,

и холод, и медленный снег.

Тебя так уверенно предал

твой самый родной человек.

 

Ты в плед свой растерянно жмёшься,

в рай книги короткий побег.

Но ты очень скоро вернёшься,

вернёшься в серебряный век.

 

(с) Виктория Тищенко 

Она не стала, морща губ своих...

 

 

Она не стала, морща губ своих,

ни проклинать, ни плакать в одночасье.

В последний миг, в прощанья горький миг

сказала: «Я тебе желаю счастья».

 

Но что это? В чём смысл этих слов?

(ты не узнаешь - кличь хоть полк кликуший):

большая безусловная любовь -

а, может быть, всего лишь равнодушье.

 

(с) Виктория Тищенко 

Коричные палочки дымного вечера...

 

 

Коричные палочки дымного вечера.

Огни с безысходностью вечных кривляк.

Огромною тёмно-шершавою печкою,

дыша на асфальт, остывает земля.

 

И воздух наполнен красивыми жестами,

как строки об осени в томе твоём.

И мы с тобой в осень медовую шествуем -

уже влюблены, но ещё не вдвоём.

 

С кометой блистательной снова ссоперничав,

летит жёлтый лист на журнальный картон.

Открыто-открыто, почти по-младенчески,

в ладонь - в миг единый - ложится ладонь.

 

(с) Виктория Тищенко